Овод (ovod_ussr) wrote,
Овод
ovod_ussr

О мёртвых либо хорошо, либо никак

О мёртвых либо хорошо, либо никак. Поэтому не буду ничего о нём писать.
Но что-то хочется вспомнить по такому поводу. И я вспомнил, как в конце 60-х, наслышавшись много нехорошего об Александре Исаевиче по радио и телевидению, и относясь негативно к выполнению своих функциональных обязанностей Леонида Ильича и Комитета Госбезопасности, захотел составить собственное мнение о произведениях Солженицына. К тому времени журналы уже не печатали его произведения, а журналы, в которых были изданы его произведения в начале 60-х, в период "Оттепели" (первой попытки государственного переворота и смены общественно-политического строя в СССР), уже давно изъяли из общественных библиотек. Однако, я был многолетним постоянным читателем библиотеки им. Ленина (естественно, в Одессе), и мне частенько оставляли хорошие произведения "под прилавком". Но на этот раз меня ждало разочарование. Библиотекарша, интеллигентная еврейка в возрасте, на мой вопрос полушёпотом, как бы мне почитать "Один день Ивана Денисовича", вдруг взорвалась негодованием: "Мы не держим в библиотеке несоветских писателей!" Я ехидно осведомился, как же насчёт Шекспира, Вальтера Скотта, Дюма, которых я брал в этом году, но мой вопрос был риторическим. В следующий мой приход в библиотеку я попросил перевести меня в другой стол обслуживания. Тогда мне не понравился этот всплеск негодования, ведь можно было спокойно ответить, что этого произведения нет и не будет. Хотя, возможно, она приняла своего многолетнего читателя за провокатора из органов, кто знает?
Это происшествие возбудило моё любопытство и мне удалось через знакомых добыть и прочитать "Один день Ивана Денисовича". Я прочитал и разочаровался. Написано было неплохо, но ничего удивительного, никаких откровений, никаких моментов, оказывающих на читателя воспитывающее воздействие, чего всегда вдосталь у известных писателей, я не заметил. Читая, я сострадал Ивану Денисовичу, как сострадают голодной бездомной собаке. И всё. Своим повествованием Александр Исаевич даже не попытался намекнуть на вину в положении Ивана Денисовича того самого тоталитарного строя, во всяком случае у меня такого ощущения не возникло. В точности такие же рассказы о житье на зоне рассказывали в нашем старом одесском дворе как рецидивисты, так и люди отсидевшие, как говорится, по случаю (подрался на танцах, украл радиоприёмник у девушки...). Просто один день политзэка, описанный во всех подробностях. Больше читать Александра Исаевича не хотелось. Не противно, как противно читать Маринину, но просто уже не тянуло его читать.
Спустя 20 лет я стал старше, опытнее, мудрее, и мне стало интересно, не ошибся ли я в свои юношеские 15 или 16 лет, оценивая творчество Солженицына. Как раз я выписывал в то время журнал "Наш современник", а в нём было опубликовано новое произведение "Красное колесо". Мои несколько попыток начать читать это произведение были похожи на то, как пытаются завести глохнущий автомобильный мотор. Читать это было невозможно, т.к. напоминало горячечный бред человека, больного корью, с температурой 40 с половиной градусов, с путанным повествованием, параллельно описывающим несколько событий, обильно пересыпанный выдуманными словами, не существующими в русском языке, как ребёнок, из-за недостатка словарного запаса, придумывает слова, потешающие его бабушек и дедушек. Ради справедливости, хочу заметить, что не думаю, будто у Солженицына был маленький словарный запас. Его новые слова, это скорее дань мании величия, но я обещал лично о нём не писать плохо, только о произведениях, поэтому умолкаю.
Не могу лишь не сказать о том, что если бы он не был раскручен брежневским Политбюро и КГБ, и его произведения спокойно лежали бы на прилавках, они были бы не более популярны, чем "Малая Земля" дорогого Леонида Ильича.

Пусть же ТАМ воздастся ему по делам его. Да будет воля Твоя.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments